«Смарт-контракты не решают социальных проблем». Шесть тезисов о доверии и анонимности

Рассказывает социолог Павел Степанцов, гость подкаста Dao Politics, посвященного теории доверия.

1. Вопрос о доверии — центральный вопрос социологии

Центральный вопрос социологии с подачи американского социолога Толкотта Парсонса называется Гоббсовой проблемой: это вопрос о том, как возможен социальный порядок? Как мы увидим, это также вопрос о том, как возможно доверие между людьми. 

Философ Томас Гоббс, живший в эпоху Английской революции и наблюдавший собственными глазами разрушение привычной социальной среды, пришел к следующим выводам. Люди — тела с плотскими страстями, но также обладающие разумом. Разумом человек понимает, что хочет жить в благополучии, безопасности, процветании. Но наличие страстей приводит к тому, что в естественном своем состоянии человек никогда не может полностью доверять другому. Поэтому в естественном — догражданском, догосударственном состоянии — люди живут в состоянии «войны всех против всех». Каким же образом можно гарантировать безопасность, если каждый человек обладает собственными интересами и целями? 

Ответ Гоббса поражает своей простотой и парадоксальностью: он говорит, что безопасное взаимодействие без наличия внешних инструментов невозможно. Поэтому, говорит Гоббс, для сохранения собственной безопасности люди делегируют часть своих естественных прав, среди которых право на свободу и жизнь, некой внешней сущности — суверену. То, что философ называет сувереном, есть надчеловеческое образование, возникшее в результате договора между людьми. Эта сущность обладает силой принуждения, так как она сильнее каждого. Суверен может обретать форму государственной власти. 

Теория Гоббса трансценденталистская. Она предполагает наличие двух уровней — базового, внутреннего уровня взаимодействия людей и трансцендентной сущности, которая выходит за пределы взаимодействие людей. То есть доверие между людьми возможно за счёт того, что есть трансцендентная сущность, которая выступает гарантом безопасного взаимодействия за счет возможности принуждения. Эту идею развил также Лоуренс Кольберг в своей теории морального порядка и Толкотт Парсонс в теории нормативного порядка. Таким образом, мы видим, что в основе социологических теорий лежит вопрос о доверии.

2. Доверие бывает трех типов: базовое, институциональное и обобщенное

Социологи делят доверие на три типа. Первый тип — базовое или межличностное доверие, основанное на опыте коммуникации с конкретным человеком. Так мы доверяем друзьям, близким, продавщице из ближайшего магазина. В таком случае никаких внешних подтверждений не требуется.

Второй тип — институциональное доверие. Здесь человек доверяет представителю какого-то института за счет того, что доверяет репутации социальных институтов, например, государственным органам. Оно падает во всем мире, но в России — особенно. Например, во время ковида вскрылось недоверие россиян к системе здравоохранения; в странах, где оно было традиционно высоким, подобные «вскрытия» наблюдаются куда в меньшей степени.

Третий тип — обобщенное доверие. Это доверие к представителю определенной общности, например, территории. В городской среде такой тип доверия проявляется особенно ярко. Например, в 2010-х годах родители несовершеннолетних детей были готовы отпустить ребёнка на прогулку в центре Москвы без присмотра, хотя в своём спальном районе даже во двор бы одного не отпустили. И это несмотря на то, что объективные показатели преступности в центре значительно выше, чем на окраине. Так проявляется обобщенное давление к «людям в центре». 

Когда один маркетолог доверяет другому человеку, потому что он тоже маркетолог — как раз проявления доверия обобщенному другому на основе его принадлежности к определённой социальной общности. Другой пример — выпускник Гарварда в целом больше доверяет выпускникам своего университета и университетов лиги Плюща, чем другим людям. 

Эпоха модерна, индустриализации во многом основана на доверии к институтам. Сейчас в пост-индустриальную эру к нам возвращается эпоха сословий. Сословное общество основано на обобщенном доверии к представителям твоей социальной общности.

3. Взаимодействие без доверия невозможно

Организации без доверия невозможны, потому что без доверия невозможны никакие конструктивные взаимодействия. Децентрализованные организации не совсем бездоверительны, скорее, их участники доверяют не друг другу, а механизму достижения консенсуса. Однако он не безупречен и, по всей видимости, таковым быть не может. Поэтому никакая ДАО не возможна без внешних, как Гоббсовское государство, механизмов, на которых «держится» доверие. Иными словами, для функционирования организации нужен механизма принуждения, который можно применить к участникам организации. Так, например, в классических организациях акционеры могут инициировать смену совета директоров при наличии подозрений, что те действуют не в интересах стейкхолдеров. 

Иначе говоря, никакое взаимодействие в условиях нулевого доверия, т.е. когда доверие не обеспечивается ничем внутри среды взаимодействия, просто не может существовать. В этом, вероятно, неразрешимая проблема блокчейна.

4. Поведение, ориентированное на ценность для группы и человечества, рационально

Формализм и субстантивизм — экономические термины, которые можно соотнести с двумя типами рациональности. Формальная рациональность — это рациональность собственной выгоды. Субстантивная рациональность соотносится с поведением людей, которые принадлежность к определенной группу ставят выше личной выгоды. 

Пример субстантивной рациональности — выдача беспроцентных кредитов этническими банками, где ценность смещена с собственной выгоды на выполнение обязательств перед сообществом, кланом. Один из возможных способов развития ДАО — на основе субстантивной рациональности.

5. Процессы, которые сейчас происходят в Web3, подобны процессам, которые происходили в европейских городах на рубеже XIX-XX веков

В начале XX века стремительно растущие города казались новым жителями непонятными; таким же сейчас кажется Web3. Как писал Георг Зиммель, город отличается от сельской местности количеством людей и интенсивностью процессов. К нему нужно приспосабливаться, менять мышление, чтобы успешно взаимодействовать с другими людьми в условиях города. 

Город анонимен — ты можешь позволить делать то, что не станешь делать в деревне, где все у всех на виду. Город — пространство формальной рациональности, т.е. ориентации на собственную выгоду, а в деревне ты учитываешь множество традиций и привычек.

Однако постепенно город отказывается от анонимности. В урбанистике принято говорить о важности всевозможных городских сообществ: их стараются создавать, развивать и т. д. Что интересно, в Web3 тоже есть запрос на деанонимизацию. В марте проект TornadoCash был обвинен сообществом в отмывании нелегальных денег, потому что позволял полностью анонимизировать происхождение средств. Мы видим тренд на различение «правильных», «проверенных» и «неправильных», «подозрительных» кошельков — это элементы института репутации, которые противоположны тенденции анонимизации. 

Репутации будут строиться на основе деанонимизации действия пользователя в сети, раскрывая таким образом его намерения. Возможно, в будущем мы придем к тому, что основным условием доверия будет след человеки в сети. 

6. Cмарт-контракты не спасут от нерациональных решений

Смарт-контракты — это инструмент против читерства участников, а читерство неизменно будет, поскольку при больших экономических рисках агенты склонны к нерациональным и вредным для организации действиям. Код несовершенен, и проблема здесь не технического характера, а социального. Чаще всего человек не является и не может быть специалистом во всех сферах, где он участвует; он не читает смарт-контракты ДАО, в которые вступает. Код прошел аудит независимой фирмы с хорошей репутацией? Отлично, я в деле!

Возникает новая форма доверия к институтам, которые находятся над Web3, не являются частью смарт-контракта. Люди нерациональны в своем избирательном доверии. Разве человек не выбирает кандидата в президенты своей страны, основываясь на маркетинговом буклете с эмоциональными лозунгами? Огромное количество социологических исследований показывает, что голосование большинства — не самый лучший способ принятия решения. Но на данный момент единственный эффективный.

Все другие выпуски подкаста Dao Politics доступны здесь.

Оцените статью
Добавить комментарий